Август.

Персик зарей подсвечен,
и сквозят леденцы стрекоз.
Входит солнце в янтарный вечер,
словно косточка в абрикос.
Крепкозубый, налит початок
смехом желтым, как летний зной.
Снова август.
И детям сладок
смуглый хлеб со спелой луной.

Нашла дома стихотворение, написанное в 8 классе одноклассницей Машей. У нее было оригинальное чувство юмора, а манерой говорить и экстравагантностью она напоминала мне Людмилу Гурченко. 


( вот собственно и оно )

дадада я ж говорю у нее сегодня деньрождения а вы у кого да у кого у нее говорят же вам у девчонки которая мать и которая выглядит на 10 лет моложе которая такая сильная что просто не верится которая знает что делает и всегда веселая в душе пусть даже и грустно по всем фронтам у нееееее день рождеееееения!!!!!!!!!!

как-то в детстве бежала я по лестничным пролетам... 5-й этаж, 4-й, 3-й, мчусь со всей силы, перескакивая через несколько ступеней, а на 2-м этаже вдруг мелькнула мысль - а как это я бегу? как ноги передвигаю? какой ногой сейчас наступать? застыла на долю секунды и полетела с лестницы... ноги в кровь разодрала.

и так во всем.

Жена подала мне яблоко
Размеpом с большой кулак.
Сломал пополам я яблоко,
А в яблоке жиpный чеpвяк.

Одну половину выел,
Дpугая чиста и цела.
С чеpвем половину я выкинул,
Дpугую жена взяла.

И вдpуг я отчетливо вспомнил –
Это было когда-то со мной:
И чеpвь, и сад, и знойный полдень,
И деpево, и яблоко, и я с женой.

Олег Григорьев
начало 80-х

наконец побывала в той самой деревне, в котороую так хотела попасть, спустя 18 лет, которую видела, засыпая, о которой много думала.
невероятно.... все именно так, как и было, так, как я это помню - и звуки , и запахи, и ручки на дверях,и перила на крыльце, и вкус малины в палисаднике, и скрип калитки....

то самое поле, пока зеленое:


тот же дом:


та же прабабушкина прялка на чердаке:


и фотографии в доме:



и речка Унга, сильно теперь заросшая и обмелевшая:



счастье.

когда я училась в первом классе, учительница спросила, в какой профессии мы хотели бы работать, когда вырастем . Большинство мальчиков хотело быть инженерами, летчиками и водителями, а девочек - врачами, воспитателями и продавцами. Выбор этот был навеян стереотипами, примером родителей и романтизмом советского детства.
Когда очередь дошла до меня, я, не колеблясь, ответила: «..Крановщицей на стройке». И тут же хотела пояснить, почему: потому что мне нравилось, как они сидят там высоко, в небе, в этой своей будке, одинокие, и управляют гигантским механизмом – такие недоступные и сильные. Единственное, что пугало меня – это то, что до этой будки надо было как-то добираться по внешней лестнице, и это было страшно. Но я предпочитала не думать об этом, а сразу – только о том, как же там, на высоте мне было бы прекрасно.
И вот только я хотела все это рассказать им, поделиться, но учительница, после слова «крановщица», засмеялась, а следом за ней и весь класс тоже. Я озиралась, объясняла, что именно я имела в виду, но за всеобщим смехом меня не было слышно.
После этого случая на вопрос кем я хочу стать, я отвечала - воспитательницей или учительницей – то, что от меня хотели и ожидали услышать. Но я-то знала, кем на самом деле хочу быть.
Крановщицей я не стала, конечно. Но когда вижу строительные краны, жутко хочется оказаться там, наверху, в небесной будке.

"надо быть слишком подло влюбленным в себя, чтобы писать без стыда о самом себе."
ф.м.достоевский. "подросток".

это было накануне 7 ноября много лет назад - когда этот день был еще праздничным. ксюша тогда училась в 4 классе и к 7 ноября вся параллель готовила какие-то выступления, связанные с советскими республиками. ксюшиному классу достался узбекский танец. она и ее подруги сами придумали его, отрепетировали, достали где-то цветные платья, тюбетейки. в общем, все было готово, не хватало только веточек с цветками хлопка. за них была ответственной как раз ксюша. так было решено по умолчанию, потому что наш папа работал на хлопкопрядильной фабрике, и значит, мог добыть настоящего хлопка, чтобы девочки сделали из него цветки и примотали их к веточкам.
папа "нес" хлопок целую неделю. ну, то есть как раз не нес. он забывал, откладывал на завтра, хотя ксюша методично ежеутренне напоминала ему про хлопок. и вот наступил последний вечер перед выступлением. папа приходит с работы, ксюша радостно выбегает навстречу со словами "ну что, принес?...". папа, наполовину сняв пальто, замирает и тихо так произносит: "а!". забыл. у ксюши из обох глаз брызгают слезы, она убегает в комнату и, громко плача, зарывается в подушку. из кухни выходит мама со словами "ну как ты мог забыть?", папа виноват, оправдывается. они судорожно придумывают, что делать: идти снова на работу уже поздно... я молча наблюдаю за всем тут же, рядом. вдруг папа бросается к аптечке, достает упаковку ваты, отматывает кусок, распушает ее, делает вид, что щелкает замочками дипломата и со словами "ну ладно-ладно, я пошутил! вот он - хлопок", идет к ксюше. ксюшино заплаканное лицо сразу же светлеет, она смеется и ворчит что-то про папины "шуточки".
весь вечер мама с ксюшей делали веточки с цветками хлопка,а на следующий день ксюшин класс занял первое место среди выступлений.

вообще,я была ябедой в детстве. но в тот раз не рассказала ксюше правду о "хлопке" - что-то сдерживало меня. только совсем недавно я напомнила ей этот случай - ксюша хохотала)

дедушка мой был садовод отменный. выращивал овощи-фрукты-ягоды-деревья. особой его гордостью в саду были цветы. он селекционировал лучшие сорта астр, флоксов, тюльпанов. самыми любимыми цветами были пионы - необычные, нежно-бело-розовые. каждый год они расцветали к моему дню рождения, и традиционно я получала в качестве приложения к подарку букет пионов. у меня они не вызывал такого восторга, как у самого дедушки: ну цветы и цветы, обычные, ежегодно-привычные...
девять лет назад, в 2000-м, дед пришел с этими самыми пионами к поезду, на котором я уезжала в москву поступать в институт. это было тоже накануне моего дня рождения. я отнекивалась, т.к. мне было неловко брать с собой в плацкартный вагон огромный букет, и неудобно, потому что было много вещей с собой. но он настаивал, мол, это подарок, традиция. пришлось пионы взять, дед был рад. он стоял на перроне и улыбался. я ехала вечер и ночь. букет стоял на столе огромным пышным облаком и привлекал внимание всех, кто проходил мимо нашего купе. утром, выходя из поезда, я заколебалась, брать ли мне с собой цветы. с одной стороны - дедушкин подарок, вроде как нужно взять, а с другой - не до него вовсе...
я вышла из вагона последней, оставив пионы на столе. и почти тут же забыв о них.
в институт я поступила, и через месяц вернулась домой. дедушка лежал в больнице, был неожиданно тих и слаб. он был очень рад за меня и улыбался так же, как тогда, на вокзале.
еще через месяц его не стало.
а пионы не дают мне покоя.

"Умственные силы этого человека - его числитель - были большие, но мнение его о себе - его знаменатель - было несоизмеримо огромное и давно уже переросло его умственные силы".